Симхат Тора и Шмини Ацерет: последняя нота осенних праздников, радость близости и радость Торы

Осенний цикл завершается двойным аккордом: Шмини Ацерет и Симхат Тора. Они стоят сразу после Суккота и как бы подводят черту под «страшными днями» и радостью сукки. Это время, когда в Земле Израиля начинается сезон дождей, и молитвы о дожде входят в повседневную молитву. Но главное — меняется тон: от всенародной, «наружной» радости к интимной, «домашней» близости с Б‑гом и к светлой радости самой Торы.

Слово «ацерет» мудрецы объясняют как «удерживание»: после семи дней Суккота Всевышний будто говорит Израилю — «трудно расставаться, задержись ещё на один день». Если в Суккот мы приносили 70 быков «за народы мира», то на Шмини Ацерет — один, словно семейный ужин после большого народного торжества. В этот день мы больше не берём в руки четыре вида растений и, в Земле Израиля, уже не сидим в сукке: акцент переносится с внешних символов на внутреннюю близость. На молитве Мусаф произносят молитву о дожде — Тфилат Гешем, и с этого момента в Амиде добавляют слова «Он повергает ветер и ниспосылает дождь». Во многих общинах читают поминальную молитву Йизкор — память о близких становится частью общей просьбы о благословении на год.

Симхат Тора — «радость Торы» — праздник, в который еврейский мир завершает годовой цикл чтения Пятикнижия и тут же начинает заново: читают «Вот благословение» и сразу «В начале сотворения». Смысл данного события состоит в следующем: у Торы нет конца; любовь к ней — не только изучение, но и танец.

Вечером и утром выносят свитки, делают круги-хакафот с песнями, каждый старается «прижать» Тору к сердцу. Почётные чтения получают Хатан Торы (жених Торы) — тот, кого вызывают на заключительное чтение, и Хатан Берешит — открывающий новый цикл.

Детей собирают под растянутыми талитами на особую алию «Коль hа-неарим» — знак, что Тора принадлежит и следующему поколению.

Почему один день в Израиле и два дня за границей? В Земле Израиля и сегодня каждый йом‑тов длится один день (кроме Рош Ашана) — так было всегда, поскольку календарь определялся в самом Израиле. За пределами Земли Израиля в древности не всегда успевали вовремя получить весть о начале месяца, поэтому ввели второй, «дополнительный» день праздника — йом тов шени.

Когда календарь стал фиксированным, мудрецы постановили сохранить этот обычай. Отсюда и различие:

• В Израиле Шмини Ацерет и Симхат Тора сливаются в один день — 22 тишрея.
• В диаспоре их празднуют два дня подряд: первый — собственно Шмини Ацерет, второй — Симхат Тора.

Историческая деталь добавляет смысла: сама идея «радоваться Торе» как отдельному празднику оформляется в Вавилонии вместе с годовым циклом чтения; поэтому вне Израиля логично закрепился второй день специально под Симхат Тора, тогда как в Израиле оба содержания живут в одном дне.

В Израиле. Вечером зажигают свечи с благословением на свечи и на «Шэхеяну», а затем — праздник сразу раскрывается в танцах со свитками. Делают хакафот вечером и утром. На утренней службе читают завершение Торы и начинают «Берешит», благословляют «жениха Торы» и «жениха Берешит», всех детей зовут к Торе. На Мусаф произносят молитву о дожде, коэны благословляют народ, а те, кто помнит своих ушедших близких, говорят Йизкор. Сукка уже «закрыта»: едят и празднуют дома. После выхода праздника многие города устраивают «хакафот шниёт» — вторые танцы с музыкой и инструментами уже в буднем режиме, чтобы дать радости ещё раз зазвучать под открытым небом.

За границей. В первый день — Шмини Ацерет — звучит вставка «Гешем», начинают упоминать дождь в Амиде, читают Йизкор. По обычаю большинства общин едят в сукке из уважения к «соседству» с Суккот, но уже без благословения «Лешев басукка», и, как правило, не спят в сукке.

Второй день — Симхат Тора — полностью отдан танцам и чтению: вечерние и утренние хакафот, множественные вызовы к Торе, «Коль hа-неарим», Хатан/Каллат Торы и Берешит, немедленный новый старт. Атмосфера — по‑семейному шумная: сладости детям, угощение после молитвы, длинные столы, песни, истории, благословения.

Главный знак — хакафот: семь кругов с Торой, когда община буквально «носит» радость по залу. Дома готовят праздничную трапезую. Симха — радость — здесь очень материальна: хорошее вино, песни, объятия друзей.

На Шмини Ацерет особая молитва о дожде совпадает с началом сельскохозяйственного года в Израиле: мы просим не только духовного света, но и реальной воды для жизни. В некоторых местах устраивают отдельные детские хороводы с маленькими флажками и бумажными коронами — Тора как корона года.

Если Йом Кипур — кульминация правды, то Шмини Ацерет — кульминация близости: «останься ещё», чтобы тишина вошла в дом. Симхат Тора — кульминация любви: мы радуемся не «своей» мудрости, а дару, который всегда больше нас. Так осенние праздники закрывают круг: трепет, радость, близость, вода, и — круг Торы, который не замыкается, а открывается снова.

В Израиле два смысла живут в одном дне, за границей — в двух соседних, и везде это про одно: жить год дальше с ощущением, что Тора — живая, а связь — близкая. В синагогах звучит молитва о дожде «Гешем», в домах — смех и песни, на улицах — хороводы. Последняя нота праздников — как вдох перед длинным годом: с дождём в полях и светом в книгах.